Category: ссср

Category was added automatically. Read all entries about "ссср".

аудионовогодний

Книжные итоги-2020

Закончился 2020 год, начался 2021, давайте традиционно подведем книжные итоги ушедшего года.
Сделаю этот пост пока прикрепленным, а кто первый раз приходит в сообщество, загляните вот сюда.

Делитесь своими книжными итогами: хотите, приносите их отдельными постами, хотите комментариями сюда, я постараюсь вынести их в шапку.
Кстати, традиционно первый написал о своих книжных итогах winter_tor

[Мои итоги]У меня в книжном плане достаточно скудный год. Очень большая нагрузка в реале, отсутствие отпуска, заболевание короновирусом привели к тому, что времени и сил на чтение (и даже на прослушивание) книг почты не было. За все те годы, что я веду статистику, я еще так мало никогда не читала.
Всего 96 книг, из них тольок 6 глазами, все остальное аудиоверсии. Зто и неудачных книг, которые даже не смогла дочитать, всего одна из них.
Лучших тоже меньше, чем обычно, но это и неудивительно, я же и всего книг меньше прочла.
Лучшие в этом году для меня:
Бакман. Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения
Достоевский. Братья Карамазовы
Тайлер. Уроки дыхания
Старк. Пусть танцуют белые медведи
А также две перечитанные, на которые еще даже не добралась отзыв написать, это Диккенс Рождественская песнь в прозе и Гюго Отверженные.
А как обстоят дела у вас?


Итоги winter_tor
Итоги alenenok72
Итоги innuleska
Итоги yuvikom
Итогиlana_1909
Итогиvictorova_taja
promo loversbooks december 22, 2012 14:00 83
Buy for 10 tokens
Друзья! Приглашаем вас в наш журнал. Давайте делиться на этих страницах своими впечатлениями от прослушанных и прочитанных книг, о фильмах, музыке... обо всем, что вас заинтересовало, обрадовало, огорчило или даже задело. Давайте вместе создадим атмосферу доброй уютной кухни, где за столом за…

"Красный Крест" Саша Филипенко

– Мы сегодня ели Сталина!
– Это как?
– Я ел голову, но она невкусная – там одно тесто!

Голова Сталина в "Красном кресте" лейтмотивом. Не пугайтесь эпиграфа, это дети рассказывают герою, как папа принес в детсадовскую группу дочери в день ее рождения торт в виде вождя в гробу. Зачем? Тайна сия велика есть. Мрачная полесская готика (?) - дело происходит в Минске. Хотя в целом настраивает на верное восприятие книги. Незамысловато абсурдистским приемом автор дает читателю понять: речь пойдет о том, что же все-таки было у него в голове, отчего эта неупокоенная голова до сих пор влияет на людей, при нем и не живших. Заодно предупреждая, что разговор пойдет средствами предельно китчевыми.

Collapse )

Одновременно Саша (героя-рассказчика автор делает тезкой) переживает свою замысловатую трагедию. Открывать в подробностях не буду, намекну: имеет быть шаблонная в жалостливой литературе неизлечимая болезнь любимой. Однако блюдо, приготовленное из этого нехитрого ингредиента достойно восхищения. О том, что правды в книге ни на грош, говорить излишне. Но Саша Филипенко ведь модный автор, ему о том печься не к лицу. Зато читабельно и в целом кажется имеет под внешним слоем китчевого антисталинского лубка более глубокий смысл. Беда в том, что докапываться до него вряд ли захочется.

– Съели вашего Сталина.
– Что?
– Съели, говорю, вашего Сталина, невкусный он.
p

"Обелиск" Владимира Сорокина



Реконструирование прошлого приводит одних к фатальной бесчувственности, тупости, позволяющей более-менее сносно существовать дальше ("нет-нет! ничего не было!.. не былоооо!"), другие же испытывают почти оргазмический взрыв освобождения от "священных чувств", катарсис, обращающий в пепел картонные сталинграды и кёнигсберги.
Совсем непонятно, почему одним (большинству) любы фантомы, а другие (меньшинство) стремятся от них избавиться, пытаются разрушить их ("осквернить падлы хотят нашего любимого Сталина!").
Может быть, такова человеческая природа?
Чем человечнее человек, чем сложнее его натура, тем меньше в нём желания подчиняться магической силе властного меньшинства, поработившего послушное, грубое, безнадёжно тупое большинство. А таких единицы. И Сорокин, безусловно, относится к этим уникальным единицам.
Ранний Сорокин - это такой взлом соцреализма, в результате чего сдвигаются тектонические плиты "советского сознания".
Сборник рассказов "Обелиск" почти полностью состоит из текстов, входивших в сборник "Первый субботник", написанных в период с 1979 года по 80-е годы.
Это - не "реконструкция прошлого", это "удар под дых" настоящему.
Реакция "среднего читателя": "Что за п....ц у него в конце рассказов!.."

СССР давно нет, но советские мертвецы по сию пору влияют на жизнь, на сознание масс. Поэтому "Обелиск" особенно актуален в наше время, когда, как в трэше Лючио Фульчи под музыку Фабио Фрицци, оживают могущественные мертвецы.
Сорокинский рассказ вначале напоминает обычный советский рассказ обычного советского писателя о буднях обычных "счастливых" советских трудяг. Но... дальше... происходит нечто такое, что "советским тётям" и "советским дядям" тотчас же хочется забыть тот момент, когда им вздумалось почитать эту "мерзость".
Мастерство Сорокина таково, что завершение рассказов никак не влияет на цельность всего произведения.
Действительность настолько абсурдна, что переживший много чего ужасного в своей жизни человек спокойно воспринимает сорокинские тексты. Впрочем, я опять про "восприимчивость" - а она отсутствует у большинства (вспомним Бунина, его слова о воспримчивости в "Окаянных днях").
Факт! - увы! - факт, который "стоит фертом, руки в боки и ухмыляется".
В "Санькиной любви" (9-й рассказ) - деревенская реальность начала 80 -х годов, герой-неудачник возвращается в деревеньку к любимой Наташе. Наташа (18 лет) погибла от удара током 9.06.1982.
Вечером парень с бутылкой водки и лопатой идёт на кладбище и начинаются его поминки по Наташе, плач, воспоминания, признания в своей страстной любви, чередующиеся нецензурной бранью в адрес танцующих в клубе, в адрес родственников и односельчан.
Влюбленный начинает откапывать могилу.
"Санька наклонил гроб сильнее. Крышка затрещала и отошла слегка. Отшвырнув лопату, он уцепился за крышку, потянул. С треском она стала отходить от гроба. Из щели хлынула спёртая вонь,
Санька просунул ногу в расширяющийся проём, упёрся, дёрнул и оторвал крышку. Удушливый запах гниющего тела заполнил яму, заставив Саньку на мгновение оторопеть. Он выкинул крышку наверх, выровнял накренившийся гроб и склонился над ним.
В гробу лежал труп молодой девушки, по грудь закрытый простынёй. Голова с белым венчиком на лбу была слегка повёрнута набок, руки лежали на груди.
Санька посветил фонариком.
Несколько юрких мокриц, блошек и жучков, облепивших руки, лицо и синий жакет трупа, бросились прочь от света, полезли в складки одежды, за плечи и за голову.
Санька склонился ниже, жадно всматриваясь в лицо мертвеца.
- Наташа, Наташенька...
Крупный выпуклый лоб, широкие скулы и сильно обострившийся нос были обтянуты коричнево-зелёной кожей. Почерневшие губы застыли в полуулыбке.
В тёмно-синих глазницах вяло шевелились черви.
- Наташа... Наташенька... господи... загнила-то... загнила-то как...
Фонарик задрожал в Санькиной руке.
- За месяц... за месяц... Наташенька... любушка...
Он снова заплакал".
Дальше писатель описывает в подробностях акт совокупления молодого человека с гниющей Наташей.
Читая "Санькину любовь", вспомнил недавний, всем известный в Москве, случай: Артём Исхаков, студент бауманки, убил Татьяну Страхову, бывшую студентку Высшей школы экономики.
Снимали вместе жильё, Исхаков домогался Страховой, девушка относилась к нему с долей презрения; в итоге в один из пьяных январских вечеров юноша-внешне-симпатяга избил свою пассию, задушил, потом начал совокупляться с холодеющим трупом; несколько раз за ночь; за это время он ел, пил, писал ВКонтакте о происходящем.
Лексика его, естественно, соответствовала лексике сорокинского любовника...
Отвлекусь: несколько лет тому назад мужик из рязанской деревеньки рассказал мне, что был шокирован поведением студентов МГУ (он охранником работал тогда там), "я матерюсь, ладно, то - я, а то - эти, учатся в МГУ, в столице, они ж, б...ь! выражаются так, как никакой колхозник не сможет выразиться!.."
Сорокин как раз "обстёбывает" эту "любовь", позволяющую заниматься сексом с червивым трупом. Собственно, "любовь к СССР" и есть НЕКРОФИЛИЯ, утверждает Владимир Георгиевич.
Любовь к СССР. Любовь к идеологии. Любовь к "порядку". Любовь к "коллективу".
Порнография - это не то, что написано Сорокиным, а то, чему Сорокин сопротивлялся и сопротивляется.
Порнография начинается, когда от имени народа начинают насиловать конкретных людей.
Это абстракция, эта тошнотворная любовь к СССР, - ибо пришлось бы тогда любить миллионы растерзанных трупов.

"Дни Турбиных" (СССР, 1976)


3-х серийный фильм по одноименной пьесе Михаила Булгакова, которая в свою очередь была драматургической адаптацией его же романа "Белая гвардия", я посмотрел для своих преподавательских нужд. Скажу честно, не могу заявить, что его можно пустить под условным тэгом "пересмотренное", т.к. я его конечно смотрел в свое время, но почему-то отрывками, причем, как я убедился, закончив просмотр последней серии, эти "отрывки" составили в лучшем случае процентов 30 от всего фильма. В результате получился отличный повод его посмотреть полностью (подобная ситуация и с экранизацией его пьесы "Бег", но до нее я пока не добрался).
Не могу сказать, что сам фильм меня сильно впечатлил, если рассматривать его во всей полноте. Однако одно поразило в лучшем смысле этого слова. Речь об актерской игре. Чтобы там ни говорили, но советская актерская школа была тогда на самом передовом уровне и ничуть не потерялась в этом качестве и сейчас. Я имею в виду, что когда смотришь советские фильмы в лучших их образцах, а таких образцов очень много, то это не выглядит сейчас чем-то устаревшим, представляющим интерес только для историков кино и историков развития актерского мастерства, все сделано на очень высоком, актуальном и на данный момент уровне. Удивительно, что это все куда-то подевалось и среди отечественных актеров, сложившихся в этом качестве уже постсоветское время, мастеров подобного масштаба в разы меньше, чем это было раньше. Есть конечно, если повспоминать, то наверняка такие найдутся, но это нужно именно что вспоминать.
Что касается всего остального. Фильм типичный продукт своего времени (не плохой или хороший, а именно так, продукт своего времени, в безоценочном формате здесь пишу). Да, он достаточно противоречивый, но ведь и время такое было, поэтому нет ничего удивительного, что фильм получился именно таким...Но, повторюсь, уже только ради актерской игры его можно смотреть.
Avatar01

АРЛИН БАЛИН написано со слов КОНА БАЛИНА «РОЖДЕННЫЙ БЕЗ ГРАЖДАНСТВА»

История молодого человека 1923-1957

История жизни Константина Поликарповича Балабушкина, сына белого кавалеристского офицера, родившегося в Харбине, долго жившего в Японии, в Китае, в США.

Множество чудесных эпизодов. Русским детям их японские сверстники кричали «Гайдзин!», чужак. Когда подружились с японскими детьми и бегали с ними вместе, то стали мечтать, чтобы у них были черные волосы, раскосые глаза, как «у всех» и сами кричали европейцам: «Гайдзин!»

Эта книга – послание из другого мира, Все – не так, как мы привыкли. Для русского юноши, живущего в Шанхае, июнь 1941 года – обычный месяц, о нападении Германии на СССР даже не упоминается. Про Сталинградскую битву – только, чтобы показать, как просоветские и прогерманские кинотеатры в Шанхае показывали фильмы противоположного содержания об одних и тех же событиях. Зато декабрь 1941 года, Перл-Харбор, - начало новой эпохи.

С одной стороны, такой подход возмутителен для российского читателя, с другой, есть повод задуматься о масштабах событий на Тихоокеанском театре военных действий во время Второй мировой войны, о которых мы мало что знаем.

Есть совсем непостижимое для нашего сознания: «Лично я благодарен президенту Трумэну за принятие судьбоносного решения». Это - о бомбардировке Хиросимы, и о необходимости сбросить вторую бомбу на Нагасаки.

Книга пропитана глубоким неприятием того, что происходило на родине, в России. Автор уверен, что не только погибшие и попавшие в заключение, но и все остальные, прямо не подвергшиеся репрессиям, страдали, жили плохо, часто, не понимая этого. История друга автора Бориса, поддавшегося советской агитации и переехавшего из Харбина в СССР – трагедия человека, который понимал, что живет не так. Борис не был репрессирован, наоборот, работал комментатором на радио, сначала в Хабаровске, потом в Москве, получал большую зарплату, перевез в СССР родителей. Тем не менее, Борис считал жизнь свою сплошными мытарствами, и страдал, что из-за него в эти мытарства были втянуты и его родители.

Автор книги выжил и преуспел в жизни, потому что сохранял человеческое достоинство в общении с японскими, китайскими и американскими властями. И конечно, талант: многие иностранные языки, предпринимательская жилка, оптимизм, прочные семейные узы.

Книга вышла в США на английском в 2009 году. Перевод на русский – не очень хорош. Есть «ляпы»: география «нарушена» в одном месте, в другом перепутано право- и левостороннее движения. Но читать интересно, советую.

ЗАО ИД «Парад», 2013, ISBN 978-5-8061-0016-2, тираж 500 экз.