Рина Ольховка (olchovka) wrote in loversbooks,
Рина Ольховка
olchovka
loversbooks

Category:

"Синдром Петрушки". Больше - о книге, немного - о фильме. Вариант иллюстрирования текста.

Оригинал взят у olchovka в "Синдром Петрушки". Больше - о книге, немного - о фильме. Вариант иллюстрирования текста.

Маскарон на костёле Святых Петра и Павла в Праге. Фото из Интернета.


Я эту книгу сначала слушала.  А потом и прочитала.
Очень захватывающая вещь.

О чём она (по-моему)?
О всех и о каждом. К сожалению. Если с учётом психологизма и резонансности различных конфигураций.
О роли кукольника (и Кукольника) в жизни людей...
О роли кукол в жизни людей...
О зависимостях.
О конформизме и нон-конформизме.
О том, что ведёт.
О том, куда приводит.
О ностальгическом.
О когнитивной заданности.
О переплетении нитей.
О силе программы.
О неочевидности видимого.
Об умении отпускать.
О восприятии себя и мира через предназначение.
О смене парадигмы.

Прозрачность времени.
Иллюзорность реальности.
Реализация замыслов.
Символично, на уровне полевых структур.


«…он умел смастерить игрушку из пустяка, он умел её оживить…»



«… Мы сидели в кавярне на Армянской, где кофе варили в турках на раскаленном песке… в ожидании своей «филижанки кавы»… Нет, все же о кавярне на Армянской надо подробнее! Надо бы найти особенные слова, – ведь в пряно-охристом воздухе этого неприглядного помещения остался витать лохматый призрак нашей юности, наше кофейное братство… Здесь можно было застать того, чей адрес и телефон давно потерял, здесь оставляли друг для друга передачки, документы и записки. «Я оставлю для тебя на Армянской», – привычная фраза, оброненная на бегу, выкрикнутая из окна трамвая, шепотом сказанная в «читалке» института…»


Легендарная кофейня на Армянской улице во Львове. Фото из Интернета.

«… В процедуре приготовления кофе был момент соучастия: тебе готовили турочку, показывали – где твоя, и ты уже был при деле: вскакивал из-за столика и двигал ее в песке, следя за тем, чтоб пеночка поднялась, но не перелилась: она должна была подняться раза три-четыре…»


Кофе, сваренный на песке в кофейне на Армянской. Фото из Интернета.

«...Город – волшебный кукольный город – должен стоять на холмах, вздуваясь куполами, щетинясь остриями и шпилями церквей и соборов, вскипая округлыми кронами деревьев и вспухая лиловыми и белыми волнами всюду цветущей сирени, в россыпях трамвайных трелей, в цоканье каблучков по ухабистой булыжной мостовой…»


"Кукольный" Львов. Фото из Интернета.

«… Они занимали три комнаты с кухней на последнем этаже дома по улице Ивана Франко. Может, помните этот дом: там, на вполне заурядном фасаде, на одном лишь последнем этаже чередуются мужские скульптурные пары – и это выглядит внезапным, необъяснимым. Стоят они между окнами по двое, высовываясь из стены по пояс. В области головы и плеч совсем отделяются от стены и внимательно смотрят вниз, на тротуар, словно в попытке разглядеть, что там, внизу. Молчаливые зловещие соглядатаи…»


Тот самый дом во Львове. Фото из Интернета.
После прочтения книги становится понятен и маскарон, находящийся наверху. Хотя в повествовании о нём ничего нет.
Он, похоже, визуально символизирует то, что объединяет всех мужчин, рождающихся в семье, которая живёт на этом этаже...
Женщины наследуют цвет волос, фигуру, голос и жизнь. А мужчины - "синдром Петрушки" и быстрый уход...


В одном из интервью Дина Рубина сказала:
«Мой роман – о страшной истории рода. Только в предпоследней главе открывается вся тайна, из письма Петрушки. Однажды знакомый журналист Леша Осипов рассказал мне, что где-то он встретил венгерского графа, и увидел у него странный фамильный герб – с лицом смеющейся куклы. Граф поведал ему грустную историю, что в их роду, по мужской линии, есть болезнь - «синдром Петрушки». Именно с этого рассказа я поняла - что умру, но роман напишу. За материалом я поехала в Прагу, Москву, Санкт-Петербург, Женеву. Но главный герой Петрушка - не принимал меня в свою игру, и все тут. Ни с кем я так не мучилась, как с Петрушкой. Даже обратилась за помощью к астрологу, которая мне помогла».

«… Прага – самый грандиозный в мире кукольный театр. Здесь по три привидения на каждый дом… ты обратил внимание, что дома здесь выстроены по принципу расставленной ширмы, многоплоскостной? Каждая плоскость – фасад дома, только цвет иной и другие куклы развешаны. И все готово к началу действия в ожидании Кукольника…»


Староместская площадь. За фото спасибо Андрею Румянцеву.

«… как и полагается истинно пражскому дому, этот имел над деревянными воротами свой знак: расписанный медальон, где тонконогий барашек… лежал посреди лужка. Потому и дом назывался «У чернехо беранка»…»


Дом на улице Вальдштейнской в Праге, где Дина Рубина "поселила" главных героев книги.
Фото из Интернета.

«… номер был сделан для Лизы и на Лизу, на ее миниатюрный рост и нереально малый вес. Девочки-подростки из детских танцевальных ансамблей, куда он немедленно кинулся, справиться с ролью не могли; среди взрослых артисток таких, кто поместился бы в коробку, просто не было…
И тогда в его голову – в недобрый час! – пришла идея «создать другую Лизу»: сделать перевертыш, номер – наоборот, одушевить куклу до такой степени, чтобы ни у кого из зрителей не возникло сомнения в ее человеческой природе…»




«… тебе тоже нравится это чудесное раздвоение?.. Но ведь я – лучше, правда?.. Я ведь живая. Что он в ней нашел?.. я чувствую, что он позаимствовал для нее не только мою внешность, но и кое-что поважнее… душу…»



«Вот из тьмы возникает Филипп Жанти с куклой!.. И Пьеро вдруг обнаруживает, что им управляют. А он-то думал, что сам себе хозяин! И вот он начинает фордыбачить, не хочет подчиняться. Не хочет признать над собой власти. Мол, я и сам самостоятельный, проживу своим умом. И когда между ним и артистом конфликт доходит до крайней точки, Пьеро начинает по одной обрывать нити, постепенно провисая. Одна… другая… третья… вот левая рука повисла… колени, ступни… и так все, буквально все нити!.. Тогда Властелин тихо опускает куклу на пол: ты выбираешь смерть? пожалуйста! – и уходит. Он покидает сцену – бесстрастный бог, – а марионетка лежит опустошенная, безжизненная…»



«…механический орган-шарманку старого Риши, промышлявшего неподалёку со своей плюшевой обезьяной…»


Шарманщин Риши на Карловом мосту. Фото из Интернета.

«…Петя одалживал у Иржи, работавшего рядом, под святым Антонием Падуанским, печального гитариста – ...марионетку, брякающую по двум струнам раскрашенной фанерной гитары, – и импровизировал…»


Кукольник Иржи с марионеткой-гитаристом на Карловом мосту. Фото из Интернета.

«…Похожие марионетки действовали в спектакле «Дон Джованни» Национального театра кукол в Праге…»


Национальный театр кукол. Фото из Интернета.

«Эти две комнаты с подсобкой выходили большими витринами на обе углом сходящиеся улицы. В витринах стояла и висела наша продукция в наиболее полном ассортименте. На крыльце перед дверью горбато скалилась главная Страшидла – замечательная работа Зденека и Тонды, мимо которой еще никто спокойно не проходил. Тонда встроил в нее хитрейшую механику с фотоэлементами: оскаленная пасть Страшидлы распахивалась и клацала зубами, едва туристы протягивали руку, чтобы пощупать куклу».


Галерея авторских кукол на Кампе. Фото из Интернета.

«…неслышная музыка волшебной мистерии…»


Фото из Интернета.

«… Но дело не только в «постановочном озарении»: было что-то в той музыке, что имело к нам обоим самое прямое отношение, что больно и обнажённо о нас рассказывало: какие мы, когда нам плохо, и какие – когда хорошо; и какие мы, когда я – фавн, а она – нимфа, когда я – мастеровой, а она – неприкаянная сирота… Я был загипнотизирован этой мелодией: и грустной, и насмешливой, и такой чувственной, такой свободной…
Всю ночь чертил в своем блокноте, и к утру номер был практически готов. Но я и на другой день пошел послушать Граппелли: эти терпкие скрипичные взмывы, горько-меланхоличные удары по струнам, и бесшабашную тоску, и потаенную радость, что клюет тебя прямо в сердцевину души…
Затем вслед за Граппелли поехал в Питер, где аккуратно отходил все три концерта, данных маэстро. Теперь я знал каждый такт, каждую паузу этой пьесы, достал через знакомых старую (подлинную) запись 1937 года: Граппелли – скрипка, гитара – сам Джанго Рейнхардт, гениальный цыган…»




«… Марионетка – там другое, другие отношения с человеком. Это ведь древнейшая модель человека, знаешь? Был в Древней Греции философ Платон... Так вот, Платон называл человека божьей марионеткой и говорил, что у него тоже много нитей – добрые побуждения, дурные побуждения… »


Галерея авторских кукол в Праге. За фото спасибо catavatar


Петрушка (Кашпарек). За фото спасибо catavatar

«… заваленная снегом, волшебно освещённая гроздьями театральных фонарей Прага – это особый жанр: смесь балета со сновидением…»


Фото из Интернета.

***
Книга двойственна.
С одной стороны - интереснейший сюжет, от которого не хочется отрываться, отличная образная вырисовка.
С другой - скабрезность, фамильярность, вульгарность, какая-то навязчивая пунктирная местечковость. Как будто без этого никак нельзя. Как будто эрудицию и интеллектуальность надо обязательно уравновесить пошлостью. Видимо,чтобы заинтересовать И тех, кто в такой пошлости вырос и продолжает жить, считая её вполне нормальной средой пребывания.
"Сквернословие Петрушку не портит", - сказала Дина Ильинична в книге устами профессора Ратта.
Петрушку-то как развлекающую недалёкую чернь балаганную игрушку-оторву, агрессивного хама "без тормозов", наверное, не портит. Как можно не испортить то, что по своей природе уже насквозь испорчено.


А вот глубинный, более зрелый, осмысленный и человечный образ Петрушки - клоуна, шута, паяца - как много видящего и понимающего персонажа, выбравшего для подачи своих мыслей в мир форму "правды через смех", "смеха сквозь слёзы", вовсе не обязательно предполагает пошлость. Лучшие шуты в истории человечества скорее грустны, сдержанны, скептичны и ироничны, чем агрессивны и вульгарны.

В любом случае, книги, написанные с претензией на высокий литературный стиль, с кудрявыми образными красивостями и массой метафор, с атмосферой изысканности и утончённости, сквернословие портит основательно, и не я одна это замечаю. Уж очень неуместно оно в таком-то формате. И особенно "режет слух" при аудио-варианте в женском исполнении. Диссонирует. Не комильфо.
Всё-таки интеллектуальная проза, в отличие от бульварной, призвана развивать человека, а не пестовать безусловные рефлексы.


Текст аудио-книги читает Ирина Ерисанова.
Иногда неправильно ставит ударение в прострейших очевидных словах, никак не отмеченных в печатном тексте особым произношением.
Но в то же время очень хороши вдумчивая неспешность, уместные паузы, выразительность речи, актёрские интонации. Мастерски читает, умеет "держать" слушателя.

Если компромиссно закрыть глаза на небольшие шероховатости, книга мне понравилась.
Очистить бы её от словесного мусора - вышел бы прекрасный вариант небанальной истории о поворотах судьбы и о талантливом человеке, способном на создание уникальных вещей и на уникальное чувство. Плюс для видящих объёмно и не чуждых психологии - о том, что я перечислила в начале этой рецензии.

Рекомендую к прочтению / прослушиванию.
С фильтрами, разумеется. Обязательно с фильтрами.


Уже снят и отмечен на кинофестивале свежайший фильм-экранизация с таким же названием.
Некоторые промо-кадры - здесь.




Надо будет посмотреть.


Tags: #аудиокниги, #книги, #фильмы, Ерисанова, Рубина, аудиокниги, книги, фильмы, экранизации
Subscribe
promo loversbooks december 22, 2012 14:00 83
Buy for 10 tokens
Друзья! Приглашаем вас в наш журнал. Давайте делиться на этих страницах своими впечатлениями от прослушанных и прочитанных книг, о фильмах, музыке... обо всем, что вас заинтересовало, обрадовало, огорчило или даже задело. Давайте вместе создадим атмосферу доброй уютной кухни, где за столом за…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments